Разбираемся с вирусом по-домашнему

18.03.2020

Разбираемся с вирусом по-домашнему

Найдите искажение цитаты:

«Может быть от того, что петербуржец живет в городе, где здания похожи на декорации пьесы столетней давности, он чувствует себя скорее персонажем литературного произведения, нежели человеком, живущим здесь и сейчас. Довлатов о Бродском: «Он не боролся с режимом. Он его не замечал. И даже нетвердо знал о его существовании. Его неосведомленность в области советской жизни казалась притворной. Например, он был уверен, что Дзержинский – жив. И что “Коминтерн” – название музыкального ансамбля. Он не узнавал членов Политбюро ЦК. Когда на фасаде его дома укрепили шестиметровый портрет Мжаванадзе, Бродский сказал: “Кто это? Похож на Уильяма Блэйка…”». Множество тем в петербургских салонах табуировано для обсуждения: Путин, Навальный, Виктюк, Михалков, коронавирус, эстрада, телевидение, личная жизнь знаменитостей. Почтенным считается нефункциональное знание: древнекоптский язык, обстоятельства биографии писателя Константина Вагинова, история Красненького кладбища.» (с) Лев Лурье, «Без Москвы».

Инерция сильна: еще давным-давно, из-за чрезмерной по сравнению с той же Москвой строгости – даже жестокости - советского начальства, мы в Петербурге научились жить своей параллельной жизнью. К происходящему в «общем информационном пространстве» истый горожанин традиционно относится если не с презрением, то с недоверием.

Так и с новым гриппом: мы в «Доме культуры», с одной стороны, сторонимся и масс-культа и бюрократии, включая панику и диктование людям в какие парки или бары им ходить или не ходить. Свободу личности и критическое мышление мы не просто уважаем, а превозносим. С другой – мы никому ничего не навязываем, работаем в рамках закона, высказываемся под знаменем свободы слова, реагируем под эгидой толерантности к чужому мнению, поступаем исходя из собственного представления о здравом смысле.

С третьей (а у всего в новом мире становится все больше сторон), этот COVIDус подтолкнул нас к тому, от чего мы доселе отнекивались, - к онлайну. Тем более, что нам, петербургским людям, не нужно изобретать велосипед: мы просто возвращаемся на свои кухни.

Все, что мы делаем, теперь трех типов:

1) То, что не изменится, пока власти нам не запретят встречаться на улицах и свободно гулять по родному городу: это уличные экскурсии. Воздух для иммунитета полезен, а депрессия для него – хуже всего.

2) То, что станет доступно еще и онлайн: мы перенесли все наши лекции в петербургские квартиры. Количество гостей этим, увы, ограничивается (а если власти запретят, то билеты в квартиры и вовсе продаваться не будут), зато можно приносить с собой повышающие степень свободы напитки и смотреть лекции в прямой трансляции сразу или в записи потом. При трансляции можно будет задавать вопросы. И при трансляции и записи – употреблять любые напитки на дому.

3) То, что полностью перейдет в онлайн: если тот или иной музей закрывается, наши любимые гиды сделают спецэкскурсию из собственной квартиры: покажут фото своих любимых шедевров и расскажут о них так, как у нас принято: нескучно. Здесь же то, чего у нас и вовсе не было: виртуальные прогулки по луврам или metropolitan’ам неформально: не так, как на «официальных сайтах».

Что делать, если вы купили билеты на музейную экскурсию, но музей не пустил?
Оставьте их на депозите до открытия. Или используйте для «Экскурсии из дома» (п. №3 выше). Или все вернем.

Что делать, если вы купили билеты на уличную экскурсию, но власти запретили?
Оставьте их на депозите до отмены запрета. Или используйте на любом онлайновом событии. Или все вернем.



Вернуться к списку